Так что же с уровнем вовлеченности в каждой культуре?
Вовлеченность формируется на стыке соответствия ожиданий сотрудника тому, что дает организация. Получается, что добиться высокой вовлеченности можно в любой из культур, если корректно подбирать сотрудников и формировать их ожидания.
В то же время, вероятность формирования высокой или низкой вовлеченности в зависимости от культуры определенно есть.
Высокая вовлеченность, в первую очередь, свойство партиципативной культуры. Я бы даже сказал, что это не просто свойство, а требование — без высокой вовлеченности такая культура не может существовать в принципе, как и предпринимательская. При этом, именно в партиципативной культуре вовлеченность имеет наибольшую устойчивость, так как все сотрудники совместно работают над общей задачей, чувствуют свободу и одновременно ответственность за результат, являются активными «агентами» изменений.
В предпринимательской культуре ситуация похожая, но вовлеченность здесь менее устойчива. Она рушится при снижении драйва, например, из-за кризиса, а высокий уровень выгорания не способствует поддержанию вовлеченности «вдолгую».
В органической культуре достаточно среднего уровня вовлеченности, здесь многое основано на эмоциональной привязанности, но решения принимаются с оглядкой на лидера. Сами сотрудники редко активно вовлечены в процесс принятия действительно важных решений, что и является ключевым ограничением их вовлеченности.
В бюрократической культуре высокого уровня вовлеченности не требуется, здесь важны исполнительность и готовность играть по правилам. Высокововлеченным сотрудникам здесь может быть просто некомфортно из-за нехватки возможностей самореализации и влияния на процессы.
Эти различия в ожидаемой вовлеченности подчеркивают важность использования бенчмарков в опросах вовлеченности. Ожидания будут разными для банков, IT-стартапов, креативных бюро и крупных производственных компаний.